Майкл Хадсон комментирует свою статью о причинах убийства Сулеймани

Поделиться в соц. сетях

 

Вчера на нашем сайте был опубликован перевод статьи Майкла Хадсона «Чем на самом деле Сулеймани мешал американцам«. Теперь мы публикуем перевод его интервью, поясняющий наиболее важные моменты статьи.


THE SAKER: Трампа обвиняют в том, что он не имел долгосрочной стратегии в отношении последствий убийства генерала Сулеймани. Есть ли у Соединённых Штатов на самом деле стратегия на Ближнем Востоке, или это лишь действие по обстоятельствам?

МАЙКЛ ХАДСОН: Конечно, американские стратеги будут отрицать, что недавние действия отражают преднамеренную стратегию, потому что эта стратегия является настолько агрессивной и эксплуататорской, что поразит американскую общественность как аморальная и оскорбительная, если они прямо скажут об этом.

Президент Трамп является просто водителем такси, принимающим пассажиров – Помпео, Болтона и неоконсерваторов с синдромом ненависти к Ирану – именно они задают курс. Они хотят провернуть ограбление, и используют Трампа в качестве водителя для отхода с места преступления (на что тот согласен). Их план состоит в том, чтобы удержать основной источник их международного дохода: Саудовскую Аравию и ближневосточные деньги и нефть. Они видят, что США теряют способность использовать Россию и Китай, и надеются удержать Европу под своим контролем, монополизируя ключевые сектора. Цель состоит в том, чтобы у них была возможность использовать санкции, чтобы вытеснить страны, которые сопротивляются передаче контроля над своей экономикой. Короче говоря, американские стратеги хотели бы сделать с Европой и Ближним Востоком то же самое, что они сделали с Россией при Ельцине: передать государственную инфраструктуру, природные ресурсы и банковскую систему собственникам из США, полагаясь на займы в американских долларах для финансирования своих внутренних государственных расходов.

Это ничто иное, как захват ресурсов. Сулеймани оказался человеком-проблемой в том же положении, что Альенде, Каддафи или Саддам. Эти проблемы решались чисто сталинским принципом: «Нет человека – нет проблемы».

THE SAKER: Ваш ответ вызывает вопрос касаемо Израиля: в вашей недавней статье Вы упомянули Израиль лишь дважды и это было довольно поверхностное упоминание. Более того, вы ясно дали понять, что американское нефтяное лобби куда более могущественное, чем израильское лобби, так что вот мой вопрос: на каком основании вы пришли к этому выводу и насколько влиятельным вы считаете израильское лобби в сравнении, скажем, с нефтяным лобби или комплексом продвижения интересов ВПК? Насколько интересы этих структур совпадают и насколько отличаются?

МАЙКЛ ХАДСОН: Я написал ту статью для объяснения наиболее основополагающих понятий американской внешней политики: платёжного баланса (долларизации мировой экономики и размещении иностранных сбережений в ценных бумагах Казначейства США для поддержки военных трат, служащих главным источником дефицита бюджета), нефти (и гигантским доходом от международной торговли ею) и наймом иностранных бойцов (в условиях невозможности тотального призыва внутри США). С того времени, когда эти понятия обрели огромную значимость и по сегодняшний день Израиль воспринимался и воспринимается до сих пор как военная база США и сторонник их инициатив, но принципы американской политики формулировались независимо от Израиля.

Помню, однажды в 1973 или 1974 я был в поездке со своим коллегой по Гудзоновскому институту Узи Арадом (позднее бывшим главой Моссада и советником Нетаньяху), и мы остановились в Сан-Франциско. На приёме американский генерал подошёл к Узи и похлопал его по плечу, сказав: «Вы – наш наземный авианосец на Ближнем Востоке», тем самым выражая свою дружбу.

Узи был озадачен. Но именно так Пентагон думал об Израиле в то время. К тому времени три столпа американской внешней политики, которые я упоминал, уже были сформулированы и применяемы.

Конечно, Нетаньяху приветствовал шаги США, направленные на развал Сирии и действия Трампа по убийству Сулеймани. Но эти шаги и действия были шагами и действиями США, и именно США действует во имя долларового стандарта, нефтяного могущества и мобилизации саудовских ваххабитов.

Израиль вписывается в американоцентричную структуру международной политики в той же степени, что и Турция. Они, наряду с другими странами, действуют в рамках собственных интересов и рамок, заданных американской дипломатией в погоне за собственными целями. Очевидно, Израиль хочет сохранить контроль над Голанскими высотами, отсюда и его противостояние с Сирией и Ливаном, отсюда, в свою очередь, происходит израильское противостояние с Ираном как сторонником Асада и Хезболлы. Это совпадает с целями американской политики.

Но во всём, что касается глобального и внутреннего реагирования, именно США определяют меры этого реагирования. Их прежде всего беспокоит сохранность своей дойной коровы – Саудовской Аравии – равно как и работа с саудовскими джихадистами на направлении дестабилизации иностранных правительств, действующих согласно независимому от США курсу – от Сирии до России (ваххабиты в Чечне) и Китая (ваххабиты на западе Синьцзян-Уйгурского автономного района). Саудовская Аравия обеспечивает свою поддержку американской долларизации (вкладывая деньги в бумаги американского Казначейства и покупая американское оружие) и снабжает ИГИЛ, попутно координируя его разрушительную мощь с задачами США. Саудиты служат источником огромной прибыли как для нефтяного лобби, так и для ВПК.

Следовательно, фокусироваться только на Израиле неправильно – это отвлекает внимание от главенствующей системы мирового порядка – американоцентризма.

THE SAKER: В Вашей недавней статье Вы написали «Предполагалось, что это убийство расширит американское присутствие в Ираке, позволив Штатам лучше контролировать нефтяные ресурсы в регионе». Некоторые верят, что цель изначально была совершенно иной – подогнать основание под вывод американских военных и из Ирака, и из Сирии. Каковы Ваши основания верить именно в Вашу теорию?

МАЙКЛ ХАДСОН: С чего бы убийство Сулеймани вообще способствовало выводу американских войск? Он был лидером борьбы с ИГИЛ, особенно в Сирии. Американский курс предполагает продолжение использования ИГИЛ для постоянной дестабилизации Сирии и Ирака и предотвращения возникновения шиитской оси от Ирана до Ливана, которая немедленно стала бы частью китайского проекта «Один пояс – один путь». Поэтому Сулеймани был убит для предотвращения переговоров о заключении союза. Он был убит потому что иракское правительство пригласило его начать сближение между Ираном и Саудовской Аравией. Это то, чего США боятся больше всего, потому что это мгновенно поставило бы крест на американском контроле над регионом и планами Трампа забрать иракскую и сирийскую нефть.

Поэтому путём применения оруэллианского двоемыслия мы понимаем, что Сулеймани был обвинён в терроризме и убит в соответствии с Разрешением на применение военной силы 2002 года, позволяющим президенту делать военные ходы против Аль-Каиды, не советуясь с Конгрессом. Трамп использовал этот закон для защиты дочерней организации Аль-Каиды – ИГИЛ.

С учётом перечисленных мной выше трёх столпов американской внешней политики, США должны оставаться на Ближнем Востоке чтобы держаться за Саудовскую Аравию и пытаться сделать Сирию и Ирак своими государствами-марионетками, подчинёнными американскому платёжному балансу и нефтяному курсу.

Очевидно, саудиты понимают, что как проводники американской агрессии на Ближнем Востоке они (и их нефть) становятся наиболее очевидной целью для удара. Я полагаю, именно поэтому они ищут сближения с Ираном. И я думаю, что это сближение рано или поздно произойдёт хотя бы для обеспечения простора для манёвра и снижения уровня угрозы. Иранский ракетный удар по Ираку был демонстрацией того, насколько просто было бы ударить по саудовским нефтеносным районам. Каковы были бы котировки Aramco в таком случае?

THE SAKER: В своей статье Вы написали «Важной статьёй дефицита американского платёжного баланса долгое время были расходы на военное присутствие за рубежом. Этот дефицит, берущий начало во времена Корейской войны, расширившийся во времена Вьетнама, стал причиной «Никсоновского шока» в 1971, отказа от привязки курса доллара к цене золота. Вопрос, стоявший тогда перед военными аналитиками, заключался в том, как сохранить поддержку союзников и работоспособность восьми сотен баз США без подрыва финансового могущества Америки». Я бы хотел задать примитивный и базовый вопрос по этому поводу: зачем США так беспокоиться по поводу платёжного баланса, если 1) они продолжают печатать деньги и 2) большая часть мира всё ещё хочет американских долларов. Разве это не даёт США принципиально «бесконечный» бюджет? В чём ошибка подобной логики?

МАЙКЛ ХАДСОН: Казначейство США может печатать доллары для внутреннего использования, а ФРС может повышать способность банковской системы создавать и отдавать долги в долларах. Но они не могут печатать иностранную валюту, чтобы расплачиваться с другими странами, только если эти страны не примут доллар, что влечёт за собой возложение на их плечи трат по финансированию дефицита платёжного баланса США и приводит к обмену реальных ресурсов на американские долговые расписки.

В таком виде ситуация сложилась полвека назад. В 1971 году США могли печатать доллары, но не могли печатать золото.

В 1920-х немецкий Рейхсбанк печатал триллионы дойчемарок. Ввиду необходимости выплачивать репарации за Первую мировую им не оставалось ничего, кроме как вбрасывать эти дойчемарки на иностранные валютные рынки, что обрушило курс дойчемарки и взвинтило цены на импортные продукты. Это и стало началом германской гиперинфляции.

Вопрос в том, насколько много долларовых избытков иностранные правительства захотят удерживать. Поддержка долларового стандарта неизбежно приводит к поддержке американской внешней политики и милитаризма. Впервые со времён Второй мировой наиболее развивающиеся страны пытаются снизить свою подчинённость доллару, уменьшая свою зависимость от американского экспорта, американских инвестиций и американских долгов. Этот процесс создаст альтернативу доллару, заменив его группой других валют и активов.

THE SAKER: В той же статье Вы сказали: «Таким образом, статус доллара как общемировой резервной валюты стал краеугольным камнем американского военного бюджета». Мы часто слышим, что американский доллар вот-вот рухнет, что повлечёт за собой обрушение американской (а некоторые говорят, что и европейской) экономики. В разведывательном сообществе существует отслеживание «индикаторов и маячков». Мой вопрос таков: каковы эти «индикаторы и маячки» возможного коллапса доллара, приводящего к обрушению связанных с долларом финансовых рынков? На что такие люди, как я (несведущие в экономике) должны обращать внимание?

МАЙКЛ ХАДСОН: Скорее всего это медленный упадок от дефляции долга и урезания социальных программ в ЕС и США. Этот упадок приведёт к несостоятельности компаний, работающих на заёмном капитале. Этот судьба любой тэтчеровской экономики. Но это будет долгий и вымученный упадок, главным образом потому, что альтернатива неолиберализму представлена лишь в небольшом количестве социалистических партий левого толка.

Протекционизм Трампа и санкции вынуждают другие страны полагаться на себя, а не на американские товары – от продукции ферм до самолётов и военной техники, ставящей страну в зависимость от американских поставок запчастей и поддержки. Санкции против российской агропромышленной отрасти помогли России стать большим экспортёром зерна и обрести независимость от импорта овощей и молочных продуктов. США может предложить очень мало в смысле производства, особенно с учётом того, что американские образцы компьютерных технологий полны их шпионского ПО.

Таким образом, европейские правительства сталкиваются с давлением со стороны своих предпринимателей, желающих экономического альянса не с США, а с другими лидерами рынка. Такой альянс будет развиваться намного быстрее и предложит выход на куда более прибыльный и безопасный рынок. Страны будут отворачиваться (дипломатически и экономически) от США как от источника сырья, потому что США ненадёжны и разрываемы неолиберальными курсами Трампа и демократов. Исходом этого процесса будет, вероятно, возвращение к золоту как к альтернативе доллара в налаживании дефицита платёжного баланса.

THE SAKER: Наконец, мой последний вопрос. Какую страну Вы видите как наиболее способную к выполнению роли врага мирового политического порядка, навязанного миру Соединёнными Штатами? Кого, по-вашему, неоконсерваторы и глубинное государство боятся больше всего? Китай? Россию? Другую страну? Как бы Вы сравнили их и на основании каких критериев?

МАЙКЛ ХАДСОН: Лидер в сломе американской гегемонии – несомненно, сами Соединённые штаты. Это самый главный вклад Трампа. Он объединяет мир в движении к многополярности куда больше, чем любой якобы антиамериканский центр. И он делает это во имя американского патриотизма и национализма – полностью оруэллианская риторика!

Трамп свёл Россию и Китай вместе с другими странами ШОС, в том числе и Иран в качестве наблюдателя. Трамп требует, чтобы страны НАТО включились в процесс американского захвата нефти, поддержки терроризма на Ближнем Востоке и военной конфронтации с Россией на Украине. Всё это, вероятно, приведёт к европейским демонстрациям «Янки, валите домой» против НАТО и американской угрозы Третьей мировой.

Ни одна страна в одиночку не может противостоять американскому однополярному мировому порядку. Для этого требуется перевес в количестве стран. Этот процесс уже запущен во множестве стран, перечисленных выше. Они просто действуют в собственных интересах, используя свои национальные валюты для торговли и инвестиций. Эффектом этого является многосторонняя и многовалютная торговля.

Сейчас Соединённые штаты закручивают гайки, требуя от других стран жертвовать своим развитием в угоду финансированию американского однополярного мира. В ответ эти страны отвечают то же, что ответили десять колен Израилевых, уходя из Иудейского царства, когда царь Ровоам отказался смягчать свои требования (Первая книга Царств, глава 12). Они повторили воззвание Савея, сына Бихри, который поколением ранее призвал царя Давида присматривать за своим домом. Посыл понятен: что получают другие страны от участия в однополярном американском мире неолиберализма в сравнении со следованием по пути использования собственных богатств и строительства собственных экономик? Это старая как мир проблема.

Доллар всё ещё будет играть роль в американской торговле и инвестициях, но превратится в просто очередную валюту, удерживаемую на расстоянии пушечного выстрела до момента окончания своих грабительских амбиций. Тем не менее, упадок доллара будет иметь трудные последствия.

THE SAKER: Большое спасибо Вам за уделенное время и ответы!

Перевод Ильи Титова

Оригинал

В Подписаться на сообщество вКонтакте

Поделиться в соц. сетях

 

Оставить комментарий

Войти с помощью: