Вильям Энгдаль «Безумная геополитика Израиля в Средиземном море»Эксклюзив 

Поделиться в соц. сетях

 

Пока весь мир затаил дыхание, опасаясь мировой войны после убийства Соединенными Штатами главного генерала Ирана и других провокаций, Израиль решил подписать соглашение с Грецией и Кипром о строительстве газопровода, что равносильно тому, чтобы бросить в регион повышенной напряженности гранату.

Еще несколько месяцев назад было сомнительно, состоится ли давно объявленная сделка Израиля с Кипром и Грецией по Восточно-Средиземноморскому газопроводу (EastMed). Несмотря на то, что его поддерживали США и ЕС как альтернативу российскому газу, EastMed, как известно, по многим причинам является сомнительным предприятием, не в последнюю очередь из-за своей высокой стоимости по сравнению с альтернативами. Подписание соглашения правительствами Израиля, Греции и Кипра 2 января напрямую связано с провокационными действиями Эрдогана по заключению соглашения с Ливией и незаконному объявлению почти всех вод Восточного Средиземноморья турецкой, а теперь еще и ливийской исключительной экономической зоной.

Если напряженность на Ближнем Востоке еще не достигла критической точки, действия Израиля подливают масла в огонь и без того проблемной геополитики региона.

Совсем недавно, в декабре 2019 года, израильские компании, вовлеченные в разработку расположенного в море газового месторождения Левиафан, открыто обсуждали дальнейшие варианты экспорта газа после заключения экспортного соглашения с Египтом и Иорданией. Трубопровод EastMed не упоминался в израильских СМИ.

Что изменило ситуацию, так это заявление президента Турции Эрдогана о том, что он посылает турецкие войска для защиты поддерживаемого ООН Правительства национального согласия (GNA) Фаиза ас-Сарраджа в Триполи, для противодействия силам Ливийской армии во главе с генералом Халифой Хафтаром.

Ливия может стать новом очагом взрыва на стремительно теряющем стабильность Ближнем Востоке. Хафтара поддерживают Россия, Египет, ОАЭ, Саудовская Аравия и (представьте себе) Франция. А с 2017 года к ним тайно присоединился и Израиль. С апреля 2019 года Хафтар пытается взять Триполи, расположенный на богатом нефтью востоке. В свою очередь, GNA в Триполи поддерживают Турция, Катар и Италия. ЕС отчаянно пытается стать посредником между GNA и Хафтаром после того, как Путину несколько дней назад это не удалось.

Энергетические столкновения в Средиземном море

Поскольку Кипр открыл богатые морские месторождения природного газа в дополнение к месторождениям Израиля в Левиафане, Турция, которая до сих пор не имеет собственных крупных газовых месторождений, начала агрессивно вторгаться в кипрский континентальный шельф. 1 января 2020 года Турция и Россия открыли Турецкий поток, пролегающий по дну Черного моря, и были осуществлены первые поставки газа в Болгарию, являющуюся частью Европейского союза.

11 декабря министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу намекнул, что Анкара может использовать свои вооруженные силы, чтобы предотвратить добычу газа в водах близ Кипра, на которые она теперь претендует. «Никто не может заниматься такими работами без нашего разрешения», — заявил он. С начала 2019 года турецкие суда вошли в кипрские воды, требуя права на бурение. В декабре 2019 года турецкий флот перехватил израильский корабль «Бат Галим» в кипрских водах и вынудил его покинуть район. Судно принадлежало израильскому океанографическому и лимнологическому научно-исследовательскому институту, проводившему исследования в территориальных водах Кипра с ведома кипрских должностных лиц. Госдепартамент США призвал Турцию убраться восвояси, а ЕС ввел санкции против турецких граждан, но пока что это мало что дает.

Недавний интерес Турции к Ливии напрямую связан с препятствованием разведке кипрского газа и объявлением обширных турецких морских пространств законными для ее буровых судов.

27 ноября 2019 года президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган подписал двустороннее соглашение о морских границах в юго-восточной части Средиземного моря. Это изменит существующие признанные морские границы и даст Ливии исключительные права на приблизительно 39 000 квадратных километров морских вод, принадлежащих Греции. Новая совместная зона Триполи-Турция простирается непосредственно между обеими странами, полностью игнорируя факт о нарушении границ греческих территориальных вод в районе Крита. Кстати, она затрагивает и предполагаемый маршрут израильско-кипрско-греческого газопровода EastMed, и Турция полагает, что без ее одобрения он не будет запущен.

Текущая война между Хафтаром и GNA в Триполи становится еще более сложной, поскольку Израиль также поддерживает Хафтара, который теперь контролирует Бенгази и большую часть Тобрука вдоль побережья Средиземного моря. С 2017 года израильские военные тайно поддерживают Хафтара в его попытке получить контроль над Ливией.

Проект EastMed

На данный момент только что подписанное соглашение между Израилем, Грецией и Кипром является скорее фантазией, чем реальностью. Оно предполагает крайне дорогой подводный трубопровод стоимостью 7 миллиардов долларов и протяженностью 1900 километров (1180 миль), «самый длинный и самый глубокий газопровод в мире», который должен первоначально доставлять до 10 миллиардов кубометров газа в год из израильских и кипрских вод на Крит, а затем на материковую часть Греции и в конечном счете в Италию. Это будет составлять примерно 4% от общего потребления газа в ЕС, что намного меньше, чем нынешняя доля России, которая составляет 39%, не говоря уже об увеличении поставок Газпрома, которое произойдет через несколько месяцев, после того, как Северный поток — 2 и Турецкий поток будут полностью готовы. Турецкий поток, первый из двух трубопроводов которого, открытых 1 января 2020 года, будет поставлять в общей сложности более 31 млрд. кубометров, причем половина будет доступна для газового рынка ЕС, а Северный поток — 2 будет добавлять еще по 55 млрд. кубометров на газовый рынок ЕС ежегодно.

Прошло десять лет с тех пор, как в Левиафане был обнаружен газ. Первые поставки газа начались только в начале этого месяца в Египет и Иорданию, и еще 80% газа доступны для экспорта. Однако перспективы поиска финансирования для огромного проекта даже при наилучшем раскладе являются мрачными. ЕС радостно поприветствовал наличие конкурента российскому газу, но дал понять, что у него нет денег на этот проект. Финансирование со стороны Греции вряд ли возможно после греческого кризиса 2010 года, а Кипр также истощен после банковского кризиса 2013 года. Согласно заявлению Министерства финансов Израиля, проект будет финансироваться «частными компаниями и кредитными организациями». Найти частное финансирование для такого политически рискованного предприятия в условиях, когда риск все менее приветствуется в финансовых кругах, сомнительно. В условиях нынешнего избытка газа на мировом рынке и растущей доступности источников сжиженного природного раза совершенно не ясно, имеет ли рискованный с политической точки зрения подводный Восточно-Средиземноморский газопровод Израиля экономический смысл.

Примечательно, что греческий государственный телеканал ERT называет проект EastMed «защитным щитом от турецких провокаций». Из этого следует, что Греция рассматривает его как ответ на недавнее сближение между Турцией и правительством в Ливии и заявление Эрдогана о том, что он посылает войска в поддержку GNA в Триполи, чтобы оказать давление на Хафтара. Если Хафтар в конечном итоге захватит Триполи, очевидно, турецко-ливийское двустороннее соглашение о морских границах будет отменено.

К и без того запутанному конфликту добавилось заявление греческого правительства о том, что оно готово послать свои войска, чтобы контролировать прекращение огня между Ливийской национальной армией (LNA) и базирующимся в Триполи правительством национального согласия (GNA). Предложение было выдвинуто после того, как министр иностранных дел Греции Дендиас встретился с лидером LNA генералом Халифой Хафтаром. В перспективе это сталкивает одного члена НАТО Грецию с другим членом НАТО Турцией в рамках разрастающегося геополитического соперничества различных сил и их стремления установить контроль над Восточным Средиземноморьем и другими газовыми потоками в ЕС. Уже не говоря о перспективе возрождения проекта ирано-иракско-сирийского газопровода.

Израильский газопровод EastMed далеко не является хорошей энергетической альтернативой, скорее, он является геополитическим вмешательством в и без того конфликтный регион, повышая напряженность и только увеличивая перспективы военной эскалации со всех сторон.

The Mad Geopolitics of Israel’s EastMed Gas Pipeline

Читайте также: Кто не успеет, тот проиграет: почему создание нейроинтерфейса нельзя откладывать на завтра

В Подписаться на сообщество вКонтакте

Поделиться в соц. сетях

 

Оставить комментарий

Войти с помощью: