Цифровая революция может привести к тому, что миром будет править только одна страна

Поделиться в соц. сетях

 

Гленн Герстелл, главный юридический советник Агентства национальной безопасности США в своей статье для New York Times выразил мнение о том, что угрозы кибератак и атак гиперзвуковых ракет являются вызовами для национальной безопасности США, порожденными быстро развивающимися технологиями.

По словам Герстелла, центры раннего реагирования не способны вовремя предупредить о кибератаке или о гиперзвуковой крылатой ракете, запущенной из России или Китая, так как «кибератака может быть обнаружена только тогда, когда уже случится, а гиперзвуковая ракета — всего за несколько секунд или, в лучшем случае, за несколько минут до атаки.

«И даже если бы мы смогли обнаружить ракету, летящую на малых высотах со скоростью в 20 раз превышающей скорость звука, мы не смогли бы ее остановить. Нет никакой уверенности в том, что мы сможем справиться с этими двумя угрозами, не говоря уже о еще более сложных и неизвестных проблемах, связанных с общим тотальным стремительным развитием технологий — цифровой революцией или так называемой Четвертой промышленной революцией, которая станет нашим будущим на ближайшие несколько десятилетий».

Герстелл считает, что подготовка к борьбе с этими новыми противниками, которые не являются привычными военными угрозами, сама по себе является сложной задачей, и она должна быть решена как можно скорее, желательно в течение следующего десятилетия или двух. Именно к этому сроку необходимо создать новую основу для преодоления еще более глубоких и устойчивых последствий цифровой революции. И хотя ее вероятные последствия менее катастрофичны, чем ядерная война, они, тем не менее, представляют собой серьезную угрозу по целому ряду направлений, по которым американцам будет трудно предпринимать ответные шаги.

Советник призывает учесть четыре основные последствия цифровой революции при разработке политики национальной безопасности. Во-первых, беспрецедентные масштабы и темпы технологических изменений, которые превзойдут способность эффективно адаптироваться к ним. Во-вторых, мир станет зоной непрерывной заботы о кибербезопасности и повсеместных киберконфликтов между государствами, организациями и отдельными лицами. В-третьих, доступ к колоссальному объему данных о деятельности людей и устройств передаст ​​в руки частного сектора экстраординарную экономическую и политическую власть, и это изменит всю фундаментальную модель взаимоотношений между государством и частным сектором, по крайней мере в западном мире. И, наконец, цифровая революция может оказать существенное влияние на легитимность тех или иных политических решений и, следовательно, на стабильность государственных и общественных структур.

Герстелл сетует на то, что технологические тенденции широко обсуждаются в прессе, в научных и профессиональных кругах, но практические никто не уделяет внимания влиянию этих тенденций на различные учреждения, которые занимаются обеспечением безопасности.

«Все мы чувствуем, что находимся на пороге невообразимых технологических изменений. Сотовые телефоны и Интернет кажутся настолько очевидными, что мы принимаем их как должное, но это только потому, что они стали слишком важными для нашей повседневной жизни, а не потому, что они существуют вечно … цифровая революция отличается своей способностью становиться повсеместной в нашей повседневной личной и коммерческой жизни в удивительно короткое время, что действительно не имеет прецедента.
На другие трансформационные технологии, такие как железные дороги, электричество, радио, телевидение, автомобили и самолеты, потребовалось несколько десятилетий, прежде чем они достигли того же уровня повсеместного распространения. У общества было время разобраться в нормах, правилах и законах, регулирующих эти технологии, и соответствующих ролях правительства и частного сектора … напротив, сегодня, спустя всего лишь двенадцать лет после того, как Facebook стал «данностью» нашей жизни, мы вынуждены задуматься о том, должны ли мы и каким-то образом регулировать публикации, разжигающие ненависть, и предвыборные фейки из-за рубежа на платформах социальных сетей.
Технология распознавания лиц всего за несколько лет стала достаточно точной, чтобы оказаться полезной, и, следовательно, более распространенной, но ее устойчивые недостатки привели к запутанному потоку судебных исков и законодательных актов, направленных на регулирование ее использования. Мы далеки от выяснения ее надлежащей роли в нашем обществе».

В условиях, когда заработает пятое поколение мобильной связи (5G), и получит распространение интернет вещей, по мнению Горстелла, понадобятся новые технологии и системы сбора, анализа и хранения данных, что, в свою очередь, потребует немалых инвестиций. «Смогут ли западные либеральные демократии, уже сгибающиеся под тяжестью совокупности проблем, вызванных деградацией гражданской инфраструктуры, старением населения, модернизацией вооруженных сил и т. д., позволить себе эти инвестиции?»  — задается он вопросом.

А ведь возникнет и много других проблем. Например, обучение искусственного интеллекта, который станет неотъемлемой частью решения практически каждого аспекта в личной, профессиональной и коммерческой сферах.  ИИ может стать страшным оружием в руках врага, если тот найдет способ его взломать.

«Нам также необходимо понять протоколы, по которым будущие автономные вооружения: беспилотники, танки, вооруженные роботы будут контролироваться, чтобы мы могли защитить себя. Увеличит ли наличие огромного количества беспилотных боевых машин шансы на войну, поскольку политики будут более склонны жертвовать этими машинами, чем людьми?»

Еще одной угрозой, по мнению Горстелла, являются квантовые компьютеры. Подобное устройство еще не создано, но тот, кто успеет сделать его первым, получит необычайные преимущества. Квантовые вычисления позволят сделать то, чего не могут сделать даже самые современные суперкомпьютеры — взломать надежное шифрование того типа, которое используется для защиты финансовых операций, систем вооружения и секретных государственных коммуникаций. Китай уже объявил о своем намерении разработать к 2030 году высокопроизводительный квантовый компьютер, который должен обладать способностью дешифрования. Такая способность  сможет сделать военный потенциал противника практически бессмысленным.

«Аналогия с послевоенным миром, где была только одна ядерная держава, напоминает тип одностороннего доминирования, который мог бы стать реальностью для победителя [гонки] квантовых вычислений, но здесь это не сосем подходящее сравнение. Даже при ядерной монополии существовали весьма реальные ограничения использования такой возможности. Но так не будет с односторонней способностью дешифрования, которая даст возможность понять и, возможно, вмешаться или уничтожить все цифровое существование страны-противника».

Однако опасность, по мнению Горстелла, будет исходить не только от других государств, но и от обычных преступников, которые тоже смогут получить доступ к технологиям.

«Мы должны подготовиться к миру непрекращающегося, неумолимого и вездесущего киберконфликта — не только в наших системах национальной безопасности и обороны (где мы уже привыкли к этому конфликту), но и, что более важно, в каждом аспекте нашей повседневной и коммерческой жизни».

Тем не менее, ни одна страна пока не разработала эффективного решения для перечисленных проблем, и едва ли кто-то может быть к ним в полной мере готов.

«Помимо всего прочего, наши граждане и предприятия должны будут признать, что киберугроза — это постоянная угроза, а не война, которую нужно выиграть, или болезнь, которую нужно вылечить. Более того, поскольку угроза не имеет понятия о суверенных границах, органы, на которые возложена задача киберзащиты, должны будут сотрудничать с многими им подобными во всем мире, возможно, в том числе со странами-противниками или странами-конкурентами».

В итоге Горстелл приходит к выводу, что преодоление проблем адаптации, связанных с четвертой промышленной революцией, потребует не только ресурсов и творчества со стороны как государственного, так и частного секторов, но и, что более важно, согласованной политической воли, которая может оказаться еще более труднодостижимой, чем сама цифровая революция со всеми ее технологическим атрибутами.

В Подписаться на сообщество вКонтакте

Поделиться в соц. сетях

 

Оставить комментарий

Войти с помощью: